Кьеркегор определяет отчаяние не как эмоцию, а как состояние: несоответствие между тем, кто ты есть, и тем, кем ты призван быть. Отчаяние — это не когда плохо. Это когда ты не совпадаешь с самим собой и делаешь вид, что совпадаешь.
Каждую пятницу, нажимая на кнопку деплоя, я переживаю миниатюрную версию этого состояния. Есть макет — то, чем интерфейс призван быть. Есть продакшен — то, чем он оказался. И есть я, который знает про оба и подписывает релиз.
0:22 — голос вступает над ровным басом. У Тарковского под это Крис смотрит на Землю, которой уже нет. Я ставлю ровно этот кусок, когда деплой прошёл, а легче не стало.
// отчаяние по Кьеркегору, в терминах фронтенда
const despair = expected !== rendered;
// «болезнь к смерти» — это когда
// despair === true, а ты уже не замечаешьСамая опасная форма отчаяния — не знать, что ты в отчаянии. Самый опасный баг — тот, на который перестали заводить тикет.
Выход у Кьеркегора — не оптимизация и не рефакторинг, а честность: признать разрыв и держать его в поле зрения. Для интерфейса это значит завести тикет и не закрывать его как «won’t fix». Для себя — примерно то же самое.
Плёнка тем и хороша, что не притворяется: шум остаётся на записи. Пусть и здесь останется.